?

Log in

No account? Create an account
hood

Инцест - насилие, пронизанное любовью, стыдом и ужасом.

Насилие.

Это ужас, боль, стыд.
Подавленная, глубоко затаившаяся ярость.
Слезы, кровь и слизь.
Отвращение, омерзение, тошнота.
Черный омут, зловонная трясина.
Бессилие, отчаяние, обреченность.
Вина.
Самообвинение и самонаказание.
Приговор.
Это череда непрекращающихся воспроизводимых травм - снова и снова - насилие.

Насилие любовью. Насилие едой. Насилие словом, действием, непроявлением.
Физическое, сексуальное, психологическое, эмоциональное.

И самое страшное слово.
Инцест.

* * *

Инцест - это отец, домогающийся своей дочери.
Пять ей лет или пятнадцать.
И это самое страшное. Потому что тогда насилие склеивается с любовью. И их потом почти невозможно разделить.

Тогда девочка понимает, что за любовь она будет наказана. Что за тепло и ласку и удовольствие нужно заплатить страшную цену. Жуткую. Разрушительную.



Она жаждет любви отца. Его признания, похвалы, восхищения, ласки.
Ведь он - первый мужчина рядом с ней, ее идеал, образец, кумир. Он прекрасен и недоступен. Он умен, все знает и умеет, он так хорош собой. Он неотразим.
И он любит ее.

Она хочет его соблазнить. Ей важно проверить свое очарование, обаяние, сексуальность, соблазнительность.

В пять лет она учится кокетничать, умильно прислоняться головкой, вертеться на коленях, обнимать его за шею и нежно целовать.

- Папочка, ты самый лучший. Я люблю тебя больше всех! Я хочу быть только с тобой!

В пятнадцать она надевает короткие юбки и обтягивающие топики, пробует краситься, душиться, прохаживаться волнующей походкой. Ее волосы каждую неделю нового цвета. Ее юбка своей длиной (или уже шириной?) может соперничать с поясом.

Она мечтает о поклонниках, мальчике из параллельного класса, текущей поп-звезде, кумире нового молодежного сериала, и главного хулигана школы. Ей снятся поцелуи, объятия и секс.

Первые ласки.
Дрожащие прикосновения, от которых замирает дыхание.
А сердце готово выскочить из груди, так судорожно бьется.

Кто устоит перед свежестью молодости? Перед тонкими, грациозными формами?



Да, отцу тяжело.
Мало кто может с этим справиться.
Признать, что его возбуждает и притягивает собственная дочь? Невозможно.

Одни пытаются искоренить в распускающейся девушке женственность и сексуальность.
- Вот намазалась-то! В таком виде ты на улицу не пойдешь. Ты что, шлюха? Перед соседями стыдно! В приличной семье растешь.
- Немедленно умойся. От тебя воняет. Что, французские духи? Мала еще на панель-то идти!
- Юбка должна быть ниже колен! Блузка до горла и застегнута на все пуговицы. Немедленно переоденься.

Другие не справляются.
Взгляд отца становится масляным, похотливым.
Его руки так и тянутся к новообретенным формам. Приветственные объятия затягиваются. Поцелуи переходят с щек на губы. Он норовит приобнять, прижать, потрогать.

Третьи срываются.
- Ты ведь любишь папочку? Я с твоей мамой так несчастен. Она меня совсем не понимает, не то что ты. Ты мой ангел, моя душа, моя единственная любовь. Ты же знаешь, тебя я люблю больше жизни. Ты все для меня. Ну, не плачь, иди лучше, обними папочку. Поцелуй меня.. Сними маечку, ты так разгорячена. Не останавливай меня. Тебе же приятно, моя сладкая? Я сделаю тебе еще приятнее. Потерпи, боль скоро пройдет. А наслаждение останется. Ты ведь любишь папочку? Ты ведь не хочешь папочку расстроить? Ты ведь не такая, как твоя мать?

* * * 

Я не знаю, как отцы совращают своих дочерей. Слава Богу, я этого не знаю. Мой отец меня не насиловал и не совращал.

Но я знаю, что они это делают.
Отцы, отчимы, учителя, спортивные тренеры, начальники, священники, психологи и психотерапевты.

Потому что помимо родных отцов есть трансферентные. Юная девушка еще не опирается на себя, она все еще ребенок. И любая авторитетная фигура - старше ее, к которой возникает доверие, близость, становится для нее трансферентным отцом. И травма от такого насилия не менее страшна, чем если насилует собственный отец. Ее труднее всего залечить.

Потому что это манипуляция и использование.
Это предательство.
Доверия, близости, веры.



Очень мало кто может оставаться отцом, то есть говорить ей, прямо словами или посланием: "Я люблю тебя. И всегда буду любить. Я всегда буду с тобой. Но секс между нами невозможен. У меня есть женщина, это твоя мать. Ты можешь злиться на меня, быть в ярости, отвергать. Но это так. Между нами невозможен секс. Я все равно останусь с тобой."

Девочка, изнасилованная близким человеком, которого она больше всего любит и кому так доверяет, испытывает хаос чувств.
Она горда, что смогла его добиться. Она считает себя соблазнительной, сексуальной, красивой, неотразимой. Она торжествует победу, ведь выиграла почти невозможное - конкуренцию с матерью. Ей льстит доверие отца и его близость.

Но одновременно она испытывает бесконечный парализующий ужас.
Непереносимый и не имеющий конца и края стыд.
Вину и ощущение, что она сделала что-то ужасное. Что теперь небо упадет на землю. Земля разверзнется, и геенна огненная поглотит ее.
Она испытывает отвращение, ее физически рвет, и выворачивает снова и снова.
Боль раздирает ей сердце и все внутренности. Боль предательства, унижения, стыда, обиды, подавленного гнева.
Она совершила нечто ужасное. Ей нет прощения.
Теперь она никогда не будет чистой, она запятнана несмываемым позором.
Она ужасно виновата. Так нельзя поступать!

И в самой глубине души то, в чем она никогда никому не признается. Желание, чтобы это продолжалось. Потому что отцовская любовь, внимание и признание так жизненно необходимы! И если он не может любить просто так, не насилуя, любоваться без похоти, восторгаться без подтекста, то пусть любит, как может, пусть насилует, но только не уходит.



"Ты плохая девочка. Ты очень-очень нехорошая девочка. Грязная, испорченная девчонка. Ты должна быть наказана. И ты будешь наказана."

"Я не заслуживаю любви. Я наверное совершила что-то ужасное, раз он так со мной поступил. Я грязная. Я отвратительна. Я омерзительна. Я очень виновата. Я заслуживаю наказания."

Круг замыкается.
Насилие начинает приходить в ее жизнь опять и опять.

Новый дружок матери. Учитель в школе. Школьный психолог.
Все подружки ходят по этой улице вечером и ничего. Она пошла, и ее изнасиловала банда подростков.
Все подружки находят себе нормальных парней, а ей попался садист. А на вид был такой тихий, милый, умный. Очки носил.
Наверное, в книжках он вычитал те ужасающие отвратнейшие пытки, которым подвергал ее, заперев в подвале. Его возбуждали ее крики, стоны и кровь.

Она не могла уйти от него, отказать им. Не могла постоять за себя, защитить. Заорать, ударить в ответ, защищаться до потери пульса, сознания, жизни.

Ей это даже не приходило в голову.
Паралич и полное отупение воли и чувств.
Так знакомо с детства.



Как отказать отцу? Потерять его расположение, близость, доверие, любовь?! Немыслимо! Невозможно!
Терпеть, молчать, плакать в подушку, если позволит себе.

"Я заслуживаю этого. Ведь я такая грязная, испорченная, ужасная. Меня должны наказать."

"За любовь есть цена. Она непомерна высока. Эта цена - насилие. Я не могу просто быть счастливой. Я не могу получать удовольствие. Это грех. Это страшно. Любовь - это насилие и боль. Любовь - это насилие над собой и наказание."

Так рождается цепочка: любовь и удовольствие равно боль, стыд, наказание, насилие.

И даже если девушке попадется нормальный парень, она, с детства усвоив эту связь, будет насиловать себя сама.

- Пусть мне больно, потерплю чуть-чуть, надо, чтобы он кончил, а то еще уйдет от меня.
- Пусть я не хочу сейчас секса, он же хочет, надо потерпеть.
- Пусть я ненавижу его прикосновения, не могу же я одна остаться.
- Мне было так хорошо. Это страшно. Значит, сейчас мне будет больно и стыдно.

И если этого не происходит, девушка устраивает себе это сама. Случайно натыкается на тумбочку у кровати. Режется ножом, готовя бутерброды. Испытывает непереносимый прилив боли и стыда. Или просто у нее атрофируется всяческая чувствительность, и она не может достичь оргазма. Внутри все зажимается, пересыхает, деревенеет и стекленеет. Она имитирует оргазм. Испытывая боль и ужас.

Она может вообще оказаться от секса или от отношений. Близость пугает ее до потери сознания. Ведь она означает насилие.

У нее могут начаться разные женские заболевания. Операции, врачи, процедуры. И единственное проникновение, которое ей остается - инструмент для УЗИ гинеколога, холодный и жесткий.

Она уже не живет. Женщина в ней умирает, ежедневно истекая кровью. Она ставит жирный крест на своей жизни. Как можно стать матерью, ведь для этого придется пройти через секс, а это насилие. Ей никогда не стать женой, ведь муж захочет секса.

Она может начать одеваться, как мужчина, и вести себя соответственно.
Или стать лесбиянкой. У женщин нет члена, им нечем насиловать.
Она может одеваться, как подросток, не желая вырастать, чтобы не привлекать внимания мужчин.
Выглядеть "серой мышью", тихой, незаметной, молча сидеть в уголке.
Превратиться в "своего парня", "только дружба", "всегда на связи".

Но она безмерно боится стать тем, кто она есть - Женщиной.

* * * 

Чтобы защитить себя от насилия и сказать ему "СТОП!", нужно разозлиться, впасть в бешеную ярость по отношению к насильнику, возненавидеть его.
Прекратить череду воспроизводимых травм можно, пройдя через стыд и боль, поверив, что не было твоей вины в случившемся. Но есть теперь ответственность за то, что я делаю с последствиями.

Потому что чаще всего насилие, совершенное близкими любимыми дорогими людьми, интериоризируется, и девушка начинает насиловать себя сама. Это становится настолько привычным, что она этого даже не замечает.
 - Что значит "не хочется?" Надо! Должна! Обленилась?! Избаловалась?!
 - Делай, терпи, сквозь зубы, но делай.
 - Ешь, что не любишь. Носи, что не нравится. Спи, с кем не хочешь. Работай, где ненавидишь.
 - А главное: терпи, молчи, не жалуйся, не плачь, не протестуй.

Легче разозлиться на насильника, если это чужак в подворотне, злой, отвратительный, урод, извращенец, сволочь.
Но как возненавидеть и отвергнуть собственного отца - неважно, родного или трансферентного?
Это так трудно, что почти невозможно.
Как отказаться от него, его любви, участия, внимания, заботы, нежности, поддержки?
Ведь он значит так много! Так много дает!
Или это сплошная иллюзия?

И поэтому получается:
боюсь насилия - значит - хочу насилия.
люблю отца - значит - ненавижу отца.

И хочу, и боюсь - одновременно и бессознательно.
И люблю, и ненавижу в одно и то же время.

* * * 

Это страшно читать. На это жутко смотреть. Но жить с этим еще страшнее.

Можно пытаться вытеснить, забыть, не думать, но оно все равно есть. И никуда не девается.

Если вы психолог, психотерапевт, будьте уверены, среди ваших клиентов встретятся, пережившие насилие, в том или ином виде.
Если вы клиент, скорее всего, оно уже было или продолжает быть.
Если вы девочка, девушка, женщина, вы встречались с насилием.
Если вы живете в России, то обязательно. Каждый день.

* * *

Инцест.
Насилие.
Пронизано любовью, стыдом и ужасом.

* * * 


Comments

прочла.
сильно.
Удивительно, что ты решила это прочесть. Но мне радостно, что ты со мной это разделяешь, читая. Спасибо за твою смелость! :)
я к сожалению с такого рода вещами в своей жизни сталкивалась..это конечно не инцест, но что такое жесткие отношения с мужчинами и насилие имею представление.
спасибо тебе!
Сочувствую :( И сожалею. :(

Инцест в широком смысле - психологический, трансферентный.

Я тоже столкнулась именно с такого рода насилием, и увы, его последствия невероятно разрушительны. :(((

(Anonymous)

рыбалка

спасибо было очень интересно читать
Прочитала на одном дыхании..
а последние слова хочется цитировать.
спасибо большое! :))
цитируй на здоровье, мне будет очень приятно. :))